«А как же я?» – недоумевают многие клиенты, когда психотерапевт бросает их ради залитых солнцем пляжей... Мы решили узнать, что чувствуют сами психологи. Легко ли им пережить это расставание? Три наших эксперта позволили заглянуть в их отпускную жизнь.

«Расставание – это момент свободы»

Светлана Федорова, психоаналитик

alt

«Часто на отдыхе я наблюдаю семьи, где мать чрезмерно опекает ребенка, изолирует его от отца. Я чувствую волнение, злость, но быстро напоминаю себе, что не в силах одной репликой изменить жизнь чужой семьи. Если я позволю себе мимоходом какую-то интерпретацию, а мой знакомый поймет, что в этом есть доля истины, то как ему потом с этим жить? Я ведь с ним не работаю, кто поможет ему принять это в себе, найти какие-то пути-выходы? Своих пациентов обязательно предупреждаю об отъезде – особенно тех, кто пережил в детстве травмы, связанные с разлукой. У меня был пациент, который в младенчестве месяц провел в больнице, вдали от матери. Перед каждым моим отъездом он начинал нападать на меня, обесценивать: «Вы плохой терапевт. Вы там будете наслаждаться жизнью, а я здесь буду страдать». Другую пациентку в 4 года родители отправили к родственникам. Она долго жила в неопределенности: вернутся к ней папа с мамой или нет? И с тех пор часто проигрывает в жизни это состояние брошенности: провоцирует увольнения, бросает партнеров. Перед моим отъездом она не приходит на сеанс: для нее это означает, что это не я ее, а она меня бросает. Мы анализируем эти ситуации: «Вы боитесь, что я, как ваша мать, покину вас и никогда не вернусь»? Наши расставания важны как моменты свободы. Но удовольствие от этой свободы пациент получит только тогда, когда проблемы привязанности, страха потери хорошо проработаны».

«Общение и лечение я всегда разделяю»

Анна Скавитина, детский психотерапевт, юнгианский аналитик

alt

«Мы с коллегами шутим, что детские психологи – это сезонные рабочие. Большинство детей увозят на лето, и в терапии возникают долгие паузы. Обычно я за месяц предупреждаю их о скором расставании. Мы обсуждаем, кто куда поедет, чем будет заниматься, договариваемся, что осенью увидимся вновь. Я обязательно объясняю, что мы не теряем друг друга навсегда. Что ребенок может позвонить, если ему очень трудно. Есть дети, которые не готовы на такой большой срок расстаться и все лето пишут мне эсэмэски. А если на следующий год выдерживают и не пишут – это уже большой прогресс.

Конечно, в отпуске хочется отдыхать. Но всегда остаются клиенты, которые поддерживают связь по почте или по скайпу. Бывают истории в духе комедии Фрэнка Оза «А как же Боб?», где психоаналитик проводит отпуск вместе со своим клиентом (его играет Билл Мюррэй). Не один раз выяснялось, что клиенты выбирали ту же страну и тот же отель в то же самое время, что и я. И нам приходилось отдыхать вместе. У меня есть правило: если я встречаю вне сеанса своего клиента, он здоровается первым. Мы можем улыбаться друг другу, но я буду делать вид, что не знаю этого человека, пока он сам не покажет, что знает меня. А вдруг он не хочет афишировать наше знакомство? Я всегда разделяю общение и лечение. Аналитики не дают советы, а при общении я могу дать совет. Для меня проще совсем не общаться, чем заниматься лечением в отпуске».

«В отпуске чувствую себя исследователем»

Яков Кочетков, когнитивный психотерапевт

alt

«Когнитивно-поведенческая терапия – краткосрочный метод. Но у меня есть пациенты с расстройствами личности, с которыми я работаю по несколько лет. Часто у них есть детский опыт отвержения и брошенности. Такой человек очень резко реагирует на отпуск своего психотерапевта. Поэтому мой отъезд мы всегда обсуждаем заранее и вырабатываем способы совладания с ситуацией. Среди этих способов, например, копинг-карточки, на которые мы выписываем наиболее действенные обращения к себе: «Я не одинок», «Мой терапевт вернется», «Есть люди, которым я нужен». А еще пациент может переслушивать записи наших сеансов. Он слышит мой голос, выполняет упражнения и чувствует себя увереннее. Конечно, я и в отпуске помню о своих пациентах, но мне удается отстраниться от работы. С интересом изучаю культуру стран, где отдыхаю. Например, в Буэнос-Айресе я обратил внимание, что люди часто малоэмоциональны при поверхностном контакте, как и в России, что, возможно, связано со схожим историческим опытом диктатуры. Словом, в отпуске я скорее чувствую себя исследователем. Но когда вижу, как мамы на пляже орут на детей, то могу иногда вмешаться. Говорю им так: «Я психолог (иногда добавляю: …известный психолог, – чтобы ошеломить сразу), и мне хотелось бы объяснить, что, если вы продолжите вести себя так, это может осложнить жизнь ваших детей в будущем». И если они просят совета, подсказываю, к кому обратиться.

0 Мне понравилась эта статья

Еще несколько статей этого раздела

  • Биоданза: танцуют все

    Биоданза: танцуют все


    Система, созданная еще в 60-х годах в Бразилии португальским ученым, нобелевским лауреатом Роландо Торо, весьма популярна в Европе, преподают ее и в США и в Индии и даже в африканских странах. В июне 2015 года такая школа открылась в Москве, и я отпр…

  • Вопрос эксперту: «Как стать хитрым и наглым?»

    Вопрос эксперту: «Как стать хитрым и наглым?»


    «Я чувствую себя ущербной, потому что я не хитрый и не наглый, непредприимчивый человек. Возможно, звучит забавно, но это так. Я считаю, что без этих качеств трудно добиться чего-то в жизни. Можно ли их в себе развить? Как стать хитрым? Можно ли стат…

Рубрики

Популярные статьи